О причинах формирования клановой преступности по признаку этнической идентичности в Северо-Кавказском ФО. Этнокриминология

О причинах формирования клановой преступности по признаку этнической идентичности в Северо-Кавказском ФО
Арутюнов Лев Семенович,
к.ю.н., доцент

Путин В.В. на совещании в сентябре 2005 г. с руководителями регионов ЮФО заявил, что на Юге России процветают коррупция и клановость, что сковывает деловую жизнь региона, подчеркнув, что это проблема не только Юга, но и всей страны. По мнению председателя Комитета Совета Федерации по обороне и безопасности В.А.Озерова, к числу наиболее опасных для национальной безопасности России угроз будут относиться среди прочих: организованная преступность и этнический и клановый сепаратизм.
9 июня 2009 г. Президент России Дмитрий Медведев провел в Махачкале расширенное оперативное заседание членов Совета безопасности, на котором обсудил меры по борьбе с терроризмом и преступностью на Северном Кавказе. По мнению Медведева, угрозы, существующие в регионе, будут сохраняться, если не удастся избавиться от внутренних противоречий: «Таких противоречий, как кланы, воровство, взятки. Если мы не сможем отреагировать на эти проблемы, то мы так и будем тут бороться с терроризмом».
Неоднократно, высшими должностными лицами государства и политиками в СМИ ставился вопрос о необходимости назначения федеральными властями куратора на Северном Кавказе. И власти не заставили себя долго ждать. Указом Президента от 19 января 2010 года в РФ был выделен из состава ЮФО новый федеральный округ — Северо-Кавказский.
Президент Медведев Д.А. поставил новому Полпреду, во вновь образованном Северо-Кавказском ФО Хлопонину А.Г., в качестве одной из основных задач «борьбу с преступностью, вытеснение клановости, обеспечение безопасности в регионе».
Касаясь проблем Северного Кавказа, отмечается, что здесь над населением стоит коррумпированная клановая власть, паразитирующая на дотациях из федерального центра, не имеющая потенциала для необходимых глубоких преобразований и сопротивляющаяся реформам.
Клановая структура власти приводит к феноменальной даже по российским меркам коррупции, а патриархальный уклад тормозит социальное развитие.
Конфликтность на Северном Кавказе существует на фоне социальных отношений, в которых доминируют клановость. Снижение конфликтности находится в прямой зависимости от преодоления и ограничения клановости, принявших устойчивую, долговременную и гипертрофированную форму не только в Северокавказском регионе, но и в целом в России.
Противоречия и конфликты между кланами, созданными, как правило, на моноэтнической основе, на поверхности жизни часто выступают как межэтнические. Указанные обстоятельства провоцируют перманентную конфликтность на весь период обозримого будущего.
Отличие Северного Кавказа от других частей России заключается, в основном, в том, что здесь клановые отношения функционируют вокруг этнического основания и хорошо корреспондируются с теми элементами культур этнических меньшинств, которые, несмотря на модернизацию периода социализма, не изжили свои традиционные компоненты. В качестве альтернативы легальной политической и духовной власти общественный вес набирают религиозные фундаменталисты и этнические клановые лидеры, возглавляющие разветвленные сети организованной преступности.
Традиции групповой солидарности, закрепленные в этнокультуре и наложенные на постсоветские реалии, и придают клановости на Кавказе особый окрас, этническую почвенность. Неизжитая традиционная родовая организация, пересаженная в постсоветскую реальность, дает практически готовую модель клана.
Как показывает практика, современные кавказские кланы не совпадают полностью с границами рода и других сохранившихся их прошлого общностей. Не только в национальных окраинах, но и как закономерность, по всей стране населенные пункты, не всегда явно, но делятся на этнические общины, которые определяют свое поведение и положение, ориентируясь прямо или косвенно, на этнические ОПГ.
Доминирование определенной этнической ОПГ предполагает поступательное развитие соответствующей общины, и наоборот, рост общины и ее влияния, повышает роль и активность этнической ОПГ. Возникают ярковыраженные экономические и политические преимущества (преференции) для развития предпринимательства среди общинников, такая тенденция типична для СКФО. Смена лидирующей этнической ОПГ территории (региона) неизменно влечет смену лидирующих предпринимателей (с учетом этничности и клановости), уменьшение их доли на рынке или вовсе вытеснение – происходит эффект «этнического (кланового) замещения», последовательно во все отраслях и сферах жизни.
Подобное проявление этнической преступности предполагает сращивание ОПГ с органами государственной и местной власти, то есть возникает криминальная бюрократия, в данном случае с признаками клановости и этнической идентичности. Этнические ОПГ и криминальная бюрократия, в данном случае, выступают как взаимогенерирующие явления. Не исключается и легализация лидеров (членов) ОПГ в органах власти, в том числе с использованием родственных связей (клановых, этнических).
Клановость, как доминирующий тип социальных отношений, оставляет мало места честной конкуренции, заменяя ее противоборством неформальных группировок. В политике, экономике, других сферах, лишенных наиболее эффективного арбитра — конкуренции – лидируют не самые эффективные люди и группы. Клановое противоборство, нередко включающее в себя криминальные (коррупционные и другие уголовные) «политические технологии» не может заменить честных, демократических правил игры. А отсутствие таких правил перманентно продуцирует конфликтность.
Следствием неразвитости правовой культуры представителей властных структур регионального уровня является проявление в их деятельности в качестве рудиментарных нормативных регуляторов обычаев и традиций, что способствует развитию клановой этики и в целом доминированию клановых установок в управленческой деятельности, облегчает подчинение ее частногрупповым интересам, приводит к росту закрытости властных структур, господству «телефонного права», формирует клановый характер кадровой политики, стимулирует тенденции противостояния региональных клановых групп центральной власти, а следовательно, становится фактором снижения эффективности управления.
Управленческий аппарат в таких регионах формируется по клановому признаку. При этом клановость рассматривается как внутренняя расчлененность государственного аппарата на организованные группы влияния. Такая практика заключается в предоставлении привилегий «своим людям» (при подборе кадров в государственном аппарате) и, соответственно, дискриминации остальных. Это фактически «сводит на нет» принцип конституционного равноправия граждан, разрушает единое правовое поле.
Институционализация клановости во властных структурах проявляется и в закреплении привилегированного положения представителей «своего клана», что выражается в «клановости управления», в заполнении благоприятных «социальных ниш» именно «своими» людьми. В этом случае эффективность механизма государственного управления в ряде регионов России вызывает большие сомнения, потому что приводные ремни клановости по силе воздействия всегда превосходили и будут превосходить правовые принципы государственного строительства.
Таким образом, властные структуры, построенные на основе клановости, отличаются низким уровнем правовой культуры своих представителей, закрытостью вертикальной мобильности, отсутствием ответственности и социальной подконтрольности, широким использованием ресурса принуждения. Клановость во властных структурах оказывает негативное влияние, как на государственное, так и на региональное управление.
Организованные по национальному признаку группировки сплоченнее, конспиративнее и, следовательно, более опасны. Особенность переселенцев в том, что они психологически очень легко переходят от законных форм деятельности к незаконным. Члены тесно связаны не только общей групповой моралью, но часто и родственными узами. Этнические преступные группировки формируются, как правило, по клановым и родовым признакам.
В основу «этнических групп» организованной преступности легли традиционные формы родоплеменных, кланово-земляческих структур. Эффективность для преступников подобных объединений объясняется спаянностью и жесткой дисциплиной в бандах, основанной на круговой поруке родоплеменных отношений, проявляющейся как в конкурентной борьбе с соперниками за «жизненное пространство», так и в сплоченности перед лицом правоохранительных органов. Трудности в преодолении этого возникают вследствие того, что в отношении членов этих группировок мы имеем дело с качественно иной системой ценностей и принципиально иными представлениями о государственном устроении, нормах поведения и морали.
Практически всеми исследователями отмечается высокий уровень латентности организованной этнической преступности. Этнические организованные преступные группировки формируются, как правило, по клановым, родовым признакам, т.е. принадлежности к определенным кланам, родам. Проблема этнических группировок в структуре организованной преступности является малоизученной в силу ряда причин.
Судебная практика насчитывает небольшое число дел с приговорами, вынесенными относительно организованных преступных групп и преступных организаций, образованных представителями одной этнической общности или одной этнической группы.
Этнические ОПГ формируются, как правило, по клановым, родовым признакам, т.е. принадлежности к определенным кланам, родам. В уголовной статистике не выделяются разделы по этнической преступности. Ее состояние научной общественностью не просчитывается, а особенности этнической преступности не учитываются правоохранительными органами.
Исследование преступности как феномена, связанного с комплексом этнических факторов, включает в себя оценку детерминирующей роли многих духовно-культурных структур и ценностей, далеко выходящих за рамки учения о социально-экономических формациях, поскольку духовные ценности — это продукт тысячелетнего созревания менталитета этноса, состоящего из привычного уклада жизни, ее обихода, верований, отношения к жизни и смерти, семейно-родственных (а в ряде регионов — клановых) связей, мифов и обычаев и т.п.
Все это должно быть учтено в оценке сегодняшнего состояния регионального сообщества людей, народов. Но удивительно, что проблема влияния этнического комплекса факторов на преступность в советской криминологии была табуирована, находилась под идеологическим запретом.
Развитие правокультурной базы регионального управления является необходимой составляющей стратегии укрепления вертикали власти, преодоления практического всевластия региональных клановых элит.
Как важнейшее условие продолжения реформирования общества в направлении создания в России правовой государственности оно, в свою очередь, требует мер по внедрению в управленческую практику идей и ценностей современной правовой культуры, повышению уровня правовой компетентности работников региональных властных структур, по совершенствованию организационных форм функционирования последних, введению его в строгие правовые рамки, по развитию гласности в освещении деятельности региональных и местных правоохранительных органов, по обеспечению реальной независимости судов, ограждению их от административного давления и преодолению коррупции судей.
Следует отказаться от этнических номенклатурных субъектов, управляемых коррупционными кланами. Необходима модернизация социально-властных систем в регионе, непримиримая борьба против таких явлений, как клановость, коррупция, которые являются прямым следствием отсутствия реального контроля над властью со стороны общества.
В заключении, отметим, что комплексная проблема, нуждается в комплексном решении, к сожалению, применение только репрессивных мер уголовной политики, недостаточно, в рамках реформирования необходимо учитывать в первую очередь экономический и социальный факторы, исторический опыт региона
[*]
Коррупция в России возведена в ранг злейшего из зол // www.rian.ru/analytics 20051001/41567738.html
См.: Озеров В.А. Национальная безопасность России: проблемы законодательного обеспечения // // Правовые вопросы национальной безопасности. Федеральное издание. — М., 2007, № 3 (21).
Из речи Президента РФ Д.А. Медведева // www.dni.ru/society/2009/6/9/168173.html
По материалам СМИ, январь 2010 г.
Помазков С. А. Правовая культура властных структур как фактор управленческой эффективности: региональная специфика. Автореферат. Ростов-на-Дону: ЮФУ, 2007.
Цветков О.М. Клановость и клиентизм как база социальной конфликтности на Северном Кавказе. 2006 г. // sovetikus.narod.ru
Гейдар Джемаль Тупики федеральной империи // Российское экспертное обозрение «Эффективная граница»2006, №4 (18).
Levin A. Chechnya: Tombstone of Russian Power. Yale University. 1999.
Подробнее см. Арутюнов Л.С., Касьяненко М.А. Влияние криминальной бюрократии на этническую преступность в РФ. Кисловодск: КГТИ, 2007.
Цветков О.М. Клановость и клиентизм как база социальной конфликтности на Северном Кавказе. 2006 г. // sovetikus.narod.ru
Помазков С. А. Правовая культура властных структур как фактор управленческой эффективности: региональная специфика. Автореферат. Ростов-на-Дону: ЮФУ, 2007.
Там же.
Жириновский В.В. Национально-государственное строительство России в свете проблем внутренней безопасности // Право и безопасность. 2003, №1-2 (6-7).
Матийко Н.В. Этническая организованная преступность в южном регионе Украины: состояние и направления противодействия. Библиотека Одесского центра по изучению организованной преступности и коррупции // www.inter.criminology.org.ua
Коломытц Д.М. Доклад “Структурные особенности этнической преступности”// Научный обзор выступлений участников научно-практической конференции «Организованная преступность и этнические проблемы». Москва, 2003 г.
Рамазанов Т. Б. Проблемы преступности в Республике Дагестан: теория и практика. Автореферат. Махачкала, 2001.
Помазков С. А. Правовая культура властных структур как фактор управленческой эффективности: региональная специфика. Автореферат. Ростов-на-Дону: ЮФУ, 2007.
См. Гейдар Джемаль Тупики федеральной империи // Российское экспертное обозрение «Эффективная граница»2006, №4 (18).
опубликовано: Российский следователь» №4, 2011
0 комментариев
Зарегистрируйтесь и войдите, чтобы отправить комментарий
Orgy
Orgy
Threesome
Threesome
Anal
Creampie
Creampie
Threesome
Orgy
Threesome
Creampie